На мой взгляд оба варианта памятника по внешнему облику не отражают характер Владислава Валентиновича.

В варианте № 1 Владислав Валентинович одет в строгий деловой костюм, правда без галстука, который он одевал только в исключительных случаях на официальные мероприятия. Неудачно старческое суровое выражение лица, хотя Владислав Валентинович в зрелом возрасте обладал замечательной улыбкой, которая обычно присутствовала на его лице, он также обладал неплохим чувством юмора. Многие люди высказывают аналогичное замечание к барельефу Владислава Валентиновича на здании заводоуправления.

Второй вариант более походит на Владислава Валентиновича, но куртка на руке кажется излишней, обычно он носил в руке небольшой кейс с документами.

Я предлагаю победителей конкурса не объявлять, а подведение итогов конкурса отложить.

При этом рассмотреть вариант создания памятника сразу двум генеральным директорам: Гавриилу Дмитриевичу Агаркову (учителю) и Тетюхину Владиславу Валентиновичу (ученику).

При этом следует учесть, что благодаря активной деятельности Гавриила Дмитриевича здесь появилось титановое производство, создан уникальный производственный комплекс и построен современный город с необходимыми социальными объектами.

Владислав Валентинович приехал в Верхнюю Салду в тяжёлые времена смены общественного строя в стране и многое сделал для вхождения ВСМПО в мировой титановый рынок, однако это стало возможным только благодаря созданной здесь предшественниками производственной, социальной и кадровой базе. К тому же он стал одним из собственников предприятия на полулегальной основе.

Ознакомление с работами победителей конкурса, опубликованными в газете «Новатор», вызывает недоумение. Конкурс провели, а проекта памятника, воплощающего образ Тетюхина, выдающегося руководителя и учёного, интересного человека, в итоге не получили.

Оба автора использовали в своей работе неубедительный прием, изобразив просто шагающего мужчину. Куда он идёт — неизвестно.

На памятнике № 1 походка человека напоминает Тетюхина, но одежда не «тетюхинская». Тетюхин не любил и не носил цивильные костюмы. Костюм, при этом, кстати, с галстуком, он одевал только на официальные мероприятия, где такая форма требовалась по протоколу. На втором памятнике человек, вальяжно шествующий с курткой на руке, ничем не напоминает Владислава Валентиновича.

Создаётся впечатление, что авторы не прониклись делами и характером Тетюхина. Или у них недостаточно развито художественное воображение. Или, во что не хочется верить, они отнеслись к работе не слишком ответственно, ориентируясь на провинциальный уровень Салды. Неужели из богатой свершениями и увлечениями жизни Владислава Валентиновича нельзя было выбрать темы для интересных сюжетов памятника? Даже навскидку рисуется образ Тетюхина в обнимку с титановым земным шаром, или в спортивной экипировке с горными лыжами в руках. И в обоих случаях видится его вдохновенное улыбающееся лицо.

Люди, подходя к памятнику, уже издали должны видеть, что это «Наш Тетюхин».

Мне кажется, было бы правильным решением — победителей конкурса не объявлять, а проведение конкурса отложить. Надо сознавать, что памятник создаётся для поколений салдинцев, и мы берём на себя ответственность за его содержательное и художественное качество.

Может быть, для работы над памятником Владиславу Валентиновичу целесообразнее было бы сделать ставку на молодых талантливых, дерзких по‑тетюхински, выпускников художественных вузов. Эти ребята прошли бы стажировку на заводе, чтобы получить представление о высоких технологиях и назначении нашей продукции и постичь масштаб и самобытность личности Владислава Валентиновича Тетюхина.